С вами такого никогда не случалось? Смотришь на своё отражение в зеркале — и вдруг тебя пронзает острая и твёрдая, словно холодный стальной стержень, мысль. Неужели эта нервная, непричёсанная женщина со слишком широкими плечами и почти отсутствующей грудью и есть я сама?

Неужели это мои икры, мои бёдра, моя попа? Мои ступни и ладони? Я привыкла ко всему этому. Я помню, как оно формировалось. Как я ждала, что однажды у меня вырастет грудь... Не выросла. Зато попа выросла... Мои ягодицы мне нравятся. Я люблю девушек с мощными бёдрами и заметной попой…

Я вообще нравлюсь сама себе как женщина. И запах мой (в этот момент я буквально клюю носом свою подмышку) мне нравится. Сознаюсь: я иногда мастурбирую на запах собственных ношеных трусиков. Интересно, многие ли девушки настолько себя любят?

Манера дрочить, положив на лицо собственное несвежее бельё, — это моя особенность. И вот осознание такого сорта особенностей чаще всего и погружает меня в густую горячую задумчивость.

Наверное, главная моя особенность состоит в том, что я слишком многого и слишком сильно хочу. И здесь речь не только об интимных желаниях, хотя и о них тоже. Я периодически хочу написать текст или построить приложение примерно с той же интенсивностью, с какой время от времени хочу лизать или сунуть что-нибудь в попу.

То, что я хочу сунуть что-нибудь в попу чаще, чем во влагалище, — это ещё одна моя особенность. И достаточно важная. Я не очень люблю вагинальный секс. Мне кажется, что вульва больше подходит для того, чтобы её лизать, нежели для того, чтобы тыкать в неё твёрдыми предметами. Вульва мягкая. Она пахнет. В неё приятно зарываться лицом. А вот попа упругая. Она у́же и плотнее вульвы. Попа, на мой вкус, много больше подходит для того, чтобы втыкать туда продолговатые твёрдые предметы.

Не слишком ли много и часто я думаю о сексе? Да. Наверное, слишком часто и слишком интенсивно. Это тоже моя особенность.

Мешает ли эта особенность моей жизни и работе? Наверное, периодические сильные сексуальные фантазии отвлекают меня от работы. Но, с другой стороны, я думаю, что и побуждают меня работать мотивации сексуальной природы. А я ведь очень много работаю.

Я любопытна. Я выясняла, чем я отличаюсь от остальных девушек и отличаюсь ли вообще. Во мне есть мужские черты. Мои ноги очень быстро зарастают густыми чёрными волосами, если я перестаю их брить. Вокруг моих сосков растут чёрные волоски. Мои ступни и ладони выглядят несколько маскулинно. Впрочем, мне это нравится: меня всегда отталкивали короткопалые пухлые лапки, что достаточно стрёмно при моей любви к толстушкам.

У меня очень маленькая грудь (об этом я уже говорила выше). И практически постоянный фон сексуального желания.

Я подозревала, что у меня слишком высокий тестостерон. Но нет. Он у меня высокий, но в пределах женской нормы. Моя физиологическая особенность имеет отношение к полиморфизмам DRD4 и короткому CAG-повтору в гене AR. И ещё у меня уровень надпочечниковых андрогенов на верхней границе нормы.

Тут стоит отметить, что среди женщин, интересующихся нейронаукой и эндокринологией, очень много «сексуально неспокойных» дам. Возможно, женщины, чувствуя свою особость, начинают искать её причину. По крайней мере, со мной, насколько я помню, было именно так. А может быть, наоборот: искать нового сексуального опыта женщин толкает тот же набор генов, что побуждает их искать необычно глубоких знаний.

Думаю, что на этом месте я на сегодня остановлюсь. Буду рассказывать вам о себе небольшими порциями. Чтобы не завершать разговор на заумной ноте, давайте я сообщу вам на прощанье о желании, обуревающем меня прямо сейчас. Сейчас мне хочется зарыться лицом в обширные и мягкие, влажные после долгих занятий в спортивном зале женские ягодицы.