В перестроечные времена я прочёл роман Андрея Битова "Преподаватель симметрии". Я помню, как сильно мне вштырил тогда этот текст. Однако я запомнил из него только первые две главы. Глав же в "Преподавателе" было аж семь.Такой финт моей памяти показался мне странным и я взялся перечитать "Преподавателя".

Перечитал. И что же? На самом деле вставляют в нём только первые две главы. И вставляют они очень плотно. Волшебная, умная, тонкая, крайне эмоциональная и очень оригинальная проза. Осторожная, врадчивая, и в тот же момент весьма смелая.

Остальные же пять глав, если так можно выразиться, "совершенно пусты". Широкая тщательно проработанная простыня тенденциозных "перестроечных экспериментов". Автор последовательно экспериментирует со всем тем, что было под запретом в литературе СССР и что являлось содержанием экспериментальной послевоенной западной прозы.

Битов "упражняется в экспериментах", словно какие-нибудь Песняры, решившие идти в ногу со временем и записать альбом, например cabaret-noir. То есть и музыканты весьма профессиональные, и музыка интересная, и даже стиль соблюден. Но как-то оно странно звучит. Словно водолаз на пуантах.

То есть и водолаз профессиональный, и пуанты отличные. И пафос такого действа понятен. Но как-то трудно расслабиться и начать получать от ситуации удовольствие.

И какое-то неудобство испытываешь. Так бывает непонятным образом стыдно и обидно за героев культовых советских кинофильмов. Например за Юрия Деточкина.

Советская культура вообще тщательно взращивала в человеке "внутреннее неудобство". Правильный советский человек должен был стесняться самого себя. Он должен был оставаться неуместен буквально в любой социальной роли, кроме как в роли одинокого поедателя холодных макарон прямо из кастрюли на кухне, в семейных трусах.

Советский человек всегда и везде выглядел так, словно на нём был чужой костюм. Словно он сам не про это вот всё, но ему всё это пришлось делать. И вот он должен во всём этом участвовать, хотя он и чертовски стесняется самого себя, своего позаимствованного для этого случая у друга и соответственно сидящего костюма. Своих рук, которые некуда деть. Своей извиняющейся улыбки.

Естественным образом такая "социальная неумелость" правильного советского человека предохраняла его от отождествления себя с ловчилой, бизнесменом, двойным агентом, профессиональным жуликом и так далее. Со всеми персонажами про которых на западе снимали фильмы, не рекомендованные к просмотру в СССР.

Но первые две главы "Преподавателя симметрии" воистину великолепны. "Преподаватель" - это роман первых двух глав. Такое тоже бывает. Возможно оно случилось в мировой литературе всего один раз. Но этот один раз был необходимым и достаточным.

Если вы не читали "Преподаватель Симметрии" Андрея Битова, прочтите по крайней мере первые две его главы. Это очень важный и значимый текст для русской литературы начала тысячелетия. Насколько я помню, я прочёл это дело задолго до того, как я добрался до титанов на плечах которых этот текст стоял (латиноамериканцы, Пинчон, Кено, Перек...). И возможно это первый кусок прозы, про который я подумал "примерно так я и хочу писать".

Ну и главы эти просто клёвые. Их просто интересно читать. Хороший тёплый и сильный язык. Оригинальные сюжеты. Не самые банальные идеи...